Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Актуально

  28244
О назначении судебного разбирательства по уголовному делу по обвинению Сазанович Я.С., Навоши Д.А., Занемонской В.И., Высоцкой О.В., Богдановича Д.А. в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.130, ч.3 ст.203-1 УК Республики Беларусь
21 ноября 2022  1229 14 ноября 2022  753 11 ноября 2022  1091 11 ноября 2022  1876 8 ноября 2022  1095

Постановление Президиума Верховного Суда Республики Беларусь от 13.11.2019

3 декабря 2019  4178

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Президиума Верховного Суда Республики Беларусь

13 ноября 2019 года Президиум Верховного Суда Республики Беларусь в составе Председателя Верховного Суда Республики Беларусь ……….., заместителей Председателя …………, …………, ……….. и …………., судей …….., ………..., ………., ………., ………., …….., ………… и ………. рассмотрел дело по протесту заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь на определение судебной коллегии по гражданским делам Минского городского суда от 6 декабря 2018 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Беларусь от 16 июля 2019 года по иску К.А.А и К.М.И. к С.Г.П., М.А.П. и Т.В.Н. об установлении факта принятия наследства, о признании частично недействительными свидетельств о праве на наследство и государственной регистрации прав собственности, признании права собственности в порядке наследования на долю в наследственном имуществе.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Беларусь …………., мнение заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь …….., поддержавшего протест, Президиум

УСТАНОВИЛ:

в заявлении суду К.А.А. и К.М.И. указали, что являются родителями К.И.М., погибшего вместе со своими двумя несовершеннолетними детьми в автокатастрофе 14 августа 1999 года. После смерти сына открылось наследство на принадлежавшую ему 1/2 долю в совместно нажитом в браке с К.С.П. имуществе. Наследниками по закону первой очереди после смерти сына являлись они, а также пережившая его супруга К.С.П. В установленный законом срок они не обратились в нотариальную контору с заявлениями о принятии наследства, однако фактически приняли его, забрав принадлежавшие сыну личные вещи и пострадавший в ДТП автомобиль.

4 сентября 2012 года в автокатастрофе погибла их невестка К.С.П. После ее смерти наследниками по закону второй очереди являются родные брат С.Г.П. и сестра М.А.П., которые в установленный срок обратились в нотариальную контору с заявлениями о принятии наследства. Полагают, что в состав наследственного имущества, на которое претендуют ответчики, входит принадлежавшая их сыну доля в имуществе.

Ссылаясь на то, что после смерти сына они в шестимесячный срок фактически вступили во владение и управление наследственным имуществом, но не оформили прав на него, истцы просили суд установить факт принятия ими наследства после смерти К.И.М., признать недействительными выданные на имя К.С.П. свидетельства о праве на наследство по закону на 1/3 долю в праве собственности на квартиру № 108 в доме № 15 по ул.Г-й в г.М., пая и паенакоплений в ГПУ «У-к», денежных вкладов в ОАО «Б.н.б.» и ОАО «П-к», 48 простых акций ЗАО «П. о-в», страховой суммы в размере 8500 гривен и автомобиля БМВ-524, 1990 года выпуска. В этой же части просили признать недействительной государственную регистрацию перехода на К.С.П. права собственности на спорные квартиру, гараж и признать за ними в порядке наследования право на 1/6 долю за каждым в праве собственности на вышеуказанное наследственное имущество.

Дело рассматривалось судами неоднократно.

Решением суда Первомайского района г.Минска от 3 июня 2014 года в удовлетворении иска отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Минского городского суда от 6 декабря 2018 года решение суда оставлено без изменения. Вводная и резолютивная части решения суда дополнены указанием об иске об установлении факта принятия наследства.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Беларусь от 16 июля 2019 года протест заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь на состоявшиеся по делу судебные постановления оставлен без удовлетворения.

В протесте ставится вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Минского городского суда, определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Беларусь и направлении дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции по тем основаниям, что судом дана неправильная оценка представленным доказательствам и сделан необоснованный вывод о пропуске истцами срока на обращение в суд.

Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, Президиум пришел к выводу об отсутствии оснований к его удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 1069 ГК Республики Беларусь для приобретения наследства наследник должен его принять.

В силу п. 2 ст. 1070 ГК Республики Беларусь признается, если не доказано иное, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение или управление наследственным имуществом, в частности, когда наследник:

1) принял меры к сохранению имущества, к защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

2) произвел за свой счет расходы на содержание имущества;

3) оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся ему суммы.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (п.1 ст. 1071 ГК Республики Беларусь).

Согласно ст. 197 ГК Республики Беларусь общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п. 2 ст. 200 ГК Республики Беларусь исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом установлено, что 14 августа 1999 года в автомобильной аварии погибли сын истцов К.И.М. и его двое несовершеннолетних детей.

После смерти К.И.М. открылось наследство на 1/2 долю имущества нажитого в браке с К.С.П. Наследниками по закону первой очереди являлись его родители К.А.А. и К.М.И., а также супруга погибшего К.С.П.

12 октября 1999 года К.С.П. обратилась в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства после смерти супруга. 22, 25 февраля и 29 мая 2000 года ей были выданы свидетельства о праве на наследство по закону на квартиру № 108 в доме № 15 по ул.Г-й в г.М., пай и паенакопления в ГСК «У-к», денежные вклады в ОАО «Б.н.б.» и ОАО «П-к», 48 простых акций ЗАО «П. о-в», страховую сумму в размере 8500 гривен, автомобиль БМВ-524, 1990 года выпуска.

22 марта 2000 года К.С.П. зарегистрировала в РУП «Минское городское агентство по государственной регистрации и земельному кадастру» переход права собственности на квартиру.

25 апреля 2000 года она была принята в члены гаражного кооператива.

20 ноября 2000 года К.С.П. включена в состав участников ЗАО «П.о-в», а 13 июня 2003 года продала Т.В.Н. 48 акций общества.

Денежными суммами, полученными по наследству и от продажи акций Т.В.Н., К.С.П. распорядилась по своему усмотрению.

Истцы в шестимесячный срок после смерти сына в нотариальную контору с заявлениями о принятии наследства не обращались и не возражали против того, что К.С.П. распоряжается наследственным имуществом.

4 сентября 2012 года К.С.П. погибла в автокатастрофе.

Наследников по закону первой очереди после смерти К.С.П. не имелось. В установленный законом срок наследство приняли наследники по закону второй очереди ее родные брат С.Г.П. и сестра М.А.П., которые в шестимесячный срок обратились в нотариальную контору с заявлениями о принятии наследства.

27 февраля 2013 года К.А.А. и К.М.И. обратились в нотариальную контору с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти сына К.И.М.

Постановлением государственного нотариуса от 8 апреля 2013 года истцам в совершении указанного нотариального действия было отказано в связи с пропуском ими установленного законом шестимесячного срока для обращения в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства и отсутствием документов, подтверждающих принятие наследства.

Исследовав представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу о том, что истцами пропущен срок исковой давности для оспаривания полученных К.С.П. свидетельств о праве на наследство, что в соответствии со ст. 200 ГК Республики Беларусь является основанием для отказа в иске.

Судом достоверно установлено, что свидетельства о праве на наследство по закону К.С.П. получила в 2000 году.

К.А.А. и К.М.И., зная о смерти сына, наличии у него имущества и о том, что К.С.П. вступила в наследственные права, в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства после смерти сына не обращались и на имущество не претендовали. Обращение в суд было обусловлено исключительно смертью К.С.П.

В ходе судебного разбирательства истцы показали, что не были намерены претендовать на наследство после смерти сына, хотели чтобы все имущество осталось жене сына. При этом истица К.А.А. не отрицала, что в 2004 году от самой К.С.П. узнала, что за наследственные денежные средства, полученные в том числе от продажи акций, та приобрела земельный участок и дачу (т. 2 л.д. 221).

В материалах дела имеются собственноручно написанные К.А.А. дополнения и пояснения по делу (т. 2 л.д. 224- 226), а также подписанные обоими истцами выступления в прениях (т. 2 л.д. 230- 235), из которых видно, что не позднее 2004 года им было известно о приобретении К.С.П. дачи за счет наследственного имущества.

Поскольку за защитой наследственных прав истцы обратились в суд только в 2013 году, суд пришел к обоснованному выводу о пропуске ими трехгодичного срока исковой давности, о применении которого в ходе судебного разбирательства заявили ответчики.

Доводы протеста о том, что срок исковой давности на спорные правоотношения не распространяется, не основаны на законе. Положения раздела 4 ГК Республики Беларусь каких-либо исключений применения сроков исковой давности к наследственным правоотношениям не содержат.

Правильным является и вывод суда об отсутствии достаточных и достоверных доказательств своевременного принятия истцами наследства после смерти их сына К.И.М.

Как установил суд, все распорядительные действия в отношении наследственного имущества были совершены самой К.С.П. (супругой погибшего) либо непосредственно по ее указанию.

Так, после аварии поврежденный автомобиль по указанию К.С.П. был доставлен по месту жительства истцов и передан для разборки на запасные части брату погибшего К.С.М. С ее же согласия отдельные запасные части от автомобиля впоследствии были переданы родителям К.И.М. Личные вещи погибшего супруга К.С.П. сама передала истцам.

Учитывая изложенное, является правильным вывод суда надзорной инстанции о том, что само по себе нахождение у истцов запасных частей от поврежденного автомобиля и личных вещей погибшего сына не свидетельствует о совершении ими действий, направленных на принятие наследства.

Вопреки доводам протеста суд дал верную оценку показаниям свидетелей К.С.Н., К.Л.В., Л.В.Ф., К.Т.П., П.Б.П. о передаче личных вещей К.И.М. родителям осенью 1999 года и пришел к обоснованному выводу об отсутствии достоверных доказательств принятия истцами наследства в шестимесячный срок.

При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал К.А.А. и К.М.И. в иске.

Кроме того, согласно данным единого государственного регистра недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним ответчики оформили наследственные права на недвижимое имущество и в 2015-2016 годах произвели его отчуждение третьим лицам.

Судебные постановления вынесены на основании представленных сторонами доказательств, которым суд дал надлежащую правовую оценку, нормы материального права применены верно, нарушений процессуального законодательства не допущено, в связи с чем Президиум полагает, что протест не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 447 ГПК Республики Беларусь, Президиум

ПОСТАНОВИЛ:

определение судебной коллегии по гражданским делам Минского городского суда от 6 декабря 2018 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Беларусь от 16 июля 2019 года оставить без изменения, а протест заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь – без удовлетворения.

Председатель

Верховного Суда

Республики Беларусь                                                           …………

В очередном выпуске

Мониторинг массовой информации