Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Актуально

  25717
4 августа 2022  766 4 августа 2022  515 4 августа 2022  554 4 августа 2022  580 28 июля 2022  1783

Определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь от 30.07.2019 по делу № 02н-612/2019

13 сентября 2019  2234

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е  О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

30 июля 2019 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении К. по протесту заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь.

По приговору суда города Жодино от 22 мая 2018 года К.

осужден по ч.2 ст. 424 УК к лишению свободы сроком на 2 года со штрафом в размере 300 базовых величин в сумме 7 350 рублей, с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных обязанностей сроком на 2 года, по ч.2 ст. 426 УК к 2 годам лишения свободы со  штрафом в размере 300 базовых величин в сумме 7350 рублей, с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных обязанностей, сроком на 3 года.

На основании ч.2 ст. 72 УК по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, К. назначено 3 года лишения свободы со штрафом в размере 400 базовых величин в сумме 9 800 рублей, с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных обязанностей, сроком на 3 года.

В соответствии со ст. 77 УК отсрочено исполнение основного наказания в виде лишения свободы сроком   на 2 года.

Он же оправдан по ч.1 ст. 430 УК за недоказанностью его участия в совершении преступления.

Постановлением суда г. Жодино от 22  мая 2018 года уголовное дело по обвинению К. по ч.1 ст. 430 УК выделено в отдельное производство и передано прокурору  для организации производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Минского областного суда от 24 июля 2018 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Минского областного суда от 5 июня 2019 года протест заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь об отмене состоявшихся по делу судебных решений оставлен без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи, выступление заместителя начальника отдела Генеральной прокуратуры Республики Беларусь, поддержавшего протест, судебная коллегия

                             У С Т А Н О В И Л А :

К. признан виновным в умышленном вопреки интересам службы совершении должностным лицом из корыстной заинтересованности действий с использованием своих служебных полномочий, повлекших причинение ущерба в крупном размере, и  в умышленном совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы прав и полномочий, предоставленных ему по службе, повлекших причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан, государственным и общественным интересам, совершенных из иной личной заинтересованности.

Он же признан невиновным в принятии должностным лицом для себя материальных ценностей, предоставляемых исключительно в связи с занимаемым должностным положением, за благоприятное решение вопросов, входящих в его компетенцию, за выполнение в интересах дающего взятку и представляемых им лиц какого-либо действия, которое это лицо могло совершить с использованием своих служебных полномочий, и оправдан по ч.1 ст. 430 УК за недоказанностью участия в совершении преступления.

В протесте заместителя Генерального прокурора не оспаривается правильность квалификации действий осужденного по ч.2 ст.424 и ч.2 ст. 426 УК. Вместе с тем применение судом к К. отсрочки исполнения наказания в виде лишения свободы, назначенного по совокупности указанных преступлений, не отвечает целям уголовной ответственности и не соответствует тяжести преступления, поскольку по своему профилактическому и исправительному воздействию является явно несправедливым вследствие мягкости. Принимая решение о невиновности К. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.430 УК, суд, по мнению автора протеста, в нарушение требований ст. 18 УПК и ст. 105 УПК все доказательства в полном объеме не проверил и объективной оценки в приговоре не дал. Противоречия в показаниях свидетеля Б., на которые суд сослался в приговоре в обоснование их критической оценки, связанные с размером суммы денежных средств, переданных К. в качестве взятки в размере 1450 долларов США, не ставят под сомнение показания данного свидетеля. Его показания  о времени и сумме передачи взятки подтверждаются записями в  ежедневнике. Причин, по которым Б. мог оговаривать К. в совершении преступления, по делу не установлено. Его показания в отношении суммы и процента денежных средств, подлежащих передаче в качестве взятки К., подтвердили в судебном заседании свидетели Е. и П. Выводы суда о том, что показания П. подтверждают позицию обвиняемого о его невиновности в получении взятки, а показания свидетеля Е. противоречивы и недостоверны, не основан на материалах уголовного дела. Не опровергают показания свидетеля Б. и исследованные судом материалы оперативно-розыскной деятельности, в частности видеозапись разговора между Б. и П. В протесте указывается о нарушении требований ч.2 ст. 330 УПК при допросе свидетеля Б. Постановление суда о передаче уголовного дела прокурору для организации производства предварительного расследования вынесено с нарушениями требований ч.2-1 ст. 368 УПК и не в совещательной комнате, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим его безусловную отмену. При рассмотрении протестов в апелляционном и надзорном порядке в Минском областном суде убедительных мотивов принятых решений судебные инстанции не привели и обоснованность доводов протестов не опровергли. В протесте ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных решений и  передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Рассмотрев дело, обсудив доводы протеста, судебная коллегия находит, что он не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Органом уголовного преследования К. обвинялся в том, что он, занимая должность директора ОАО «Смолевичский райагросервис», являясь должностным лицом, 23 января 2017 года в салоне автомобиля «Фольксваген» на территории автостоянки  по ул. Центральной в д. Кривая Береза Смолевичского района в ходе встречи с директором ООО «КИНС» Б., действовавшим группой лиц по предварительному сговору с иными лицами в интересах представляемого им общества, принял в качестве взятки денежные средства в сумме не менее 1450 долларов США, предоставленные ему исключительно в связи с занимаемым им должностным положением за благоприятное решение вопросов, входящих в его компетенцию, выполнение в интересах дающего взятку, а также представляемых им лиц, действий по обеспечению оплаты продукции, поставленной ООО « КИНС» в адрес ОАО «Смолевичский райагросервис».

В обоснование виновности К. в качестве доказательств, подтверждающих обвинение по ч.1 ст. 430 УК, суду были представлены показания свидетелей Б., Е., П., материалы оперативно-розыскных мероприятий, осмотр изъятого у Б. ежедневника, информация в аудиозаписях разговоров Б. и К. и другие доказательства.

Представленные доказательства, как каждое в отдельности, так и все в совокупности, суд первой инстанции тщательно проверил, подробно проанализировал и дал в приговоре надлежащую и мотивированную оценку в соответствие с требованиями ст. 105 УПК, с которой согласились суды апелляционной и надзорной инстанций.

На основании ч.2 ст.18 УПК решение о виновности либо невиновности обвиняемого суд выносит лишь на основе достоверных доказательств, подвергнутых всестороннему, полному и объективному исследованию и оценке.

Согласно ч.1 ст. 356 УПК, обвинительный приговор постановляется только при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность обвиняемого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Приговор не может быть постановлен на предположениях.

В соответствии с ч.2 ст. 102 УПК обязанность доказывания наличия уголовной ответственности, вины обвиняемого и других обстоятельств, имеющих значение по уголовному делу, лежит на органе уголовного преследования, а в судебном заседании- на государственном обвинителе.

Согласно ч.3 и ч.4 ст. 16 УПК сомнения в обоснованности предъявленного обвинения толкуются в пользу обвиняемого.

Следует признать обоснованным вывод суда о том, что совокупности доказательств, подтверждающих виновность К. в инкриминируемом преступлении, суду не представлено, в связи с чем решение о признании его невиновным и оправдании принято законно и обоснованно.

Как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, К. не признавал себя виновным в получении взятки от Б. Подтвердил, что перед ООО « КИНС» имелась задолженность по оплате за поставленные в адрес ОАО «Смолевичский райагросервис» ветпрепараты в связи с тяжелой финансовой ситуацией. Не отрицал, что неоднократно встречался с Б. по рабочим вопросам. ОАО «Смолевичский райагросервис» к концу 2016 года нуждалось в приобретение новых ветпрепаратов у ООО «КИНС», поэтому  было решено  произвести расчеты по задолженности.

Эти показания К. в судебном заседании опровергнуты не были.

Из показаний свидетелей Г., Б., К. - сотрудников ОАО «Смолевичский райагросервис» усматривается, что в 2016 году у общества было тяжелое финансовое положение, в результате чего возникла задолженность перед ООО «КИНС» за поставленную продукцию. В декабре 2016 года заканчивались ветпрепараты, поэтому для их новой закупки было принято решение о погашении долгов перед ООО «КИНС» и закупки новых лекарств. Оно принималось на производственном совещании, а не единолично К.

Показания свидетеля Б. по обстоятельствам передачи денежных средств К. проверены судом, отвергнуты как вызывающие сомнения в достоверности с обоснованием такого вывода в приговоре в связи с их противоречивостью и непоследовательностью.

В ходе досудебного производства Б. неоднократно давал показания об обстоятельствах передачи взятки К.

При этом  его показания в части времени передачи взятки и её суммы были крайне противоречивы.

В явке с повинной от 18 апреля 2017 года он указывал, что руководителям предприятий им  передавались взятки в размере  до 8 процентов от суммы денежных средств, перечисленных за погашения задолженностей по оплате поставленной ООО «КИНС» продукции.

При допросе в качестве подозреваемого 18 апреля 2017 года Б. указывает, что размеры взяток составляли от 2 до 5 процентов от сумм, перечисленных в счет погашения задолженности.

При этом, как в явке с повинной, так и  при допросе в качестве подозреваемого он не указывает на дачу взятки К.

В ходе допросов в качестве обвиняемого 18 и 19 апреля 2017 года Б. указывает о передаче К. взятки в размере 300-400 долларов США в декабре 2016 - январе 2017 года.

В явке с повинной от 29 апреля 2017 года указывает о даче взятки 8 февраля 2017 года в размере до 1 000 долларов США.

При допросе в качестве обвиняемого 24 мая 2017 года Б. утверждал, что передал К. в конце декабря 2016 года в качестве взятки 1000 долларов США, а в начале января 2017 года еще 300 долларов США.

При дальнейших допросах Б.  давал непоследовательные показания о сумме взятки, времени и месте её передачи, чему суд дал в приговоре правильную оценку.

В судебном заседании Б.  показал о передаче взятки не менее 1000 долларов США в основном купюрами по 100 долларов США, при этом не помнил, были ли иные купюры, в чем находились деньги, передавались они в автомашине «Фольксваген» или «Нива».

С учетом того, что существенные противоречия в показаниях Б. касались обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, они не могли быть положены в основу обвинительного приговора в соответствии с презумпцией невиновности.

Наличие между Б. и К. неоднократных телефонных соединений, как и установленные факты их встреч, не свидетельствуют о совершении К. инкриминируемого ему преступления.

Как установлено из показаний К. и Б., эти встречи и телефонные разговоры были связаны с решением рабочих вопросов, в том числе и погашения задолженности по поставкам ООО «КИНС».

Допрошенный в ходе предварительного следствия и судебном заседании свидетель Е. не отрицал, что по его указанию Б. должен был передавать руководителям организаций, в том числе и К., денежные средства  за  быстрейшую оплату поставленной в их адрес продукции. По его мнению, для дачи взятки К. им были переданы Б. 1000 долларов США. О непосредственной передаче взятки К. он знал только со слов Б. У него имеются сомнениях о передаче денег К. Б.

Указание в протесте о том, что виновность К. в получении взятки подтверждается показаниями свидетеля П., нельзя признать состоятельными.

Допрошенная в судебном заседании П. показала, что ей неизвестны обстоятельства передачи Б. взятки К.

Видеозапись разговора между П. и Б. в кабинете последнего, на которую имеется ссылка в протесте, также не свидетельствует с достоверностью о том, что между ними обсуждался вопрос о передаче взятки К. и её сумме.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что показания свидетелей Б., Е., П. не могут служить достоверными доказательствами виновности К. в получении взятки.

Поэтому суд, оценив все представленные доказательства в их совокупности, пришел к правильному выводу об их недостаточности для  признания К. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 430 УК.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами протеста о назначении К. по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 424 УК и ч.2 ст. 426 УК, чрезмерно мягкого наказания.

Применение наказания как меры уголовной ответственности основывается на принципах законности, равенства граждан перед законом, неотвратимости ответственности, личной виновной ответственности, справедливости и гуманизма.

 Определяя  вид и размер наказания, суд руководствовался требованиями ст.62 УК  исходя из принципа его индивидуализации, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности.

Судом приняты во внимание обстоятельства и   тяжесть совершенных  преступлений.

Суд учел данные, характеризующие личность, и признал обстоятельствами, смягчающими ответственность,- признание вины в содеянном, наличие ряда тяжелых заболеваний, полное возмещение ущерба, причиненного преступлением, предусмотренным ч.2 ст. 424 УК.

По месту жительства и работы К. характеризуется исключительно положительно, ранее к уголовной ответственности не привлекался.

Поэтому суд пришел к правильному выводу о том, что цели уголовной ответственности могут быть достигнуты без отбывания  назначенного К. основного наказания посредством возложения на него определенных обязанностей и контроля за его поведением, и применил к нему ст. 77 УК.

Указанное свидетельствует, что назначенное К. наказание, нельзя признать явно несправедливым вследствие мягкости.

Поэтому приведенные  в протесте доводы о возможности назначения иного вида наказания, нельзя признать состоятельными.

При рассмотрении протестов государственного обвинителя и заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь в судах апелляционной и надзорной инстанций выполнены требования ч.3 ст. 397 и 416 УПК. Основания, по которым доводы, содержащиеся в протестах, признаны судами необоснованными или несущественными, изложены в процессуальных документах и ставить под сомнение правильность принятых решений судебная коллегия не находит.  

В соответствии с ч.2-1 ст. 368 УПК при постановлении оправдательного приговора за недоказанностью участия обвиняемого в совершении преступления  суд выносит постановление(определение) о выделении уголовного дела в отдельное производство и передаче выделенного дела вместе с  приобщенными  к уголовному делу вещественными доказательствами прокурору для организации производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В связи с оправданием К. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 430 УК, судья постановлением от 22 мая 2018 года выделил уголовное дело в части получения взятки в отдельное производство и передал прокурору для производства предварительного расследования.

При этом противоречий в выводах судьи при постановлении приговора и вынесении постановления, ставящих под сомнение правильность оправдания К., о чем указывается в протесте, не имеется.

Нарушений требований Уголовно-процессуального кодекса, влекущих безусловную отмену состоявшихся по делу судебных решений, при изучении материалов уголовного дела не установлено.

 При принятии решения судебная коллегия учитывает и то обстоятельство, что в соответствии со ст. 406 УПК пересмотр оправдательного приговора  допускается  в течение одного года  по вступлению его в законную силу.

Судебная коллегия находит, что  изложенные в протесте доводы для отмены состоявшихся по делу судебных решений  являются необоснованными и несущественными, поэтому он подлежит оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 412 УПК, судебная коллегия

                               О П Р Е Д Е Л И Л А :

протест заместителя Генерального прокурора в отношении К. оставить без удовлетворения.

Председательствующий

                                           

Судьи

В очередном выпуске

Мониторинг массовой информации