Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Актуально

  28438 6 декабря 2022  76 1 декабря 2022  1127
О назначении судебного разбирательства по уголовному делу по обвинению Сазанович Я.С., Навоши Д.А., Занемонской В.И., Высоцкой О.В., Богдановича Д.А. в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.130, ч.3 ст.203-1 УК Республики Беларусь
21 ноября 2022  1583 14 ноября 2022  873 11 ноября 2022  1205

Постановление судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь от 13.07.2021 по делу № 153ЭАП215

27 июля 2021  887

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

                                                             13.07.2021                                                                

Дело №153ЭАП215

                                                                 г. Минск                                                                     

       Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь, рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу управления Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь по области на постановление апелляционной инстанции экономического суда Гомельской области от 14 мая 2021 года  и кассационную жалобу М. на решение экономического суда Гомельской области от 26 марта 2021 года и  постановление апелляционной инстанции этого суда от 14 мая 2021 года по делу №153ЭАП215 по заявлению М. о признании недействительным решения управления Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля  Республики Беларусь по  области от 04.02.2021 №18/3-2-4, с участием в судебном процессе в качестве заинтересованного лица общества с ограниченной ответственностью «М»,

            с участием в судебном заседании  представителей:  УДФР КГК по  области -главного специалиста С. (доверенность от 28.12.2020, копия в деле), старшего инспектора Ж. (доверенность от 02.07.2021 в деле), инспектора Т. (доверенность  от 02.07.2021 в деле), начальника отдела Ф. (доверенность от 02.07.2021в деле); М.; ООО «М» - заместителя директора М. А. (доверенность от 05.05.2021, копия в деле),

    УСТАНОВИЛА:

            решением экономического суда Гомельской области от 26.03.2021 по делу №153ЭАП215 М. (далее - заявитель) в удовлетворении требования о признании недействительным решения управления Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь по области (далее - УДФР КГК по  области, орган финансовых расследований) от 04.02.2021 №18/3-2-4 о доначислении к уплате в бюджет 50 837,52 рублей налогов и 9 747,66 рублей пени отказано.

 Постановлением апелляционной инстанции экономического суда  Гомельской области от 14.05.2021 решение суда первой инстанции от 26.03.2021 изменено,  признано  недействительным решение управления Департамента финансовых расследований  Комитета государственного контроля Республики Беларусь по области от 04.02.2021 №18/3-2-4 в части доначисления  ООО «М» к уплате в бюджет 17 202,55 рублей налогов и 4 800,47 рублей пеней, в удовлетворении остальной части заявленного М. требования отказано.

  УДФР КГК по области обратилось в судебную коллегию по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь с кассационной жалобой на постановление суда апелляционной инстанции, в которой просит его отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции от 26.03.2021.  Считает, что  выводы суда апелляционной инстанции в части признания недействительным  решения органа финансовых расследований необоснованы, поскольку в ходе проведения проверки установлены  факты непричастности  ИП С. к осуществлению работ по актам выполненных работ в полном объеме, все работы в проверяемом периоде выполнялись  работниками ООО «М», установлен факт возможности влияния М., как организатора и руководителя, на  финансово-хозяйственную деятельность  общества  через его руководителя Д. Кроме того, ИП М., ИП С., ООО «М» являлись взаимозависимыми  субъектами и подчинялись указаниям М.

  М. в кассационной жалобе на решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении его требований указывает на необоснованность судебных постановлений ввиду неполного выяснения всех обстоятельств, имеющих значения для правильного разрешения дела, необоснованное отклонение его ходатайств об истребовании информации сотового оператора ИЧУП «А1» и о вызове в качестве свидетелей инженеров предприятий - клиентов ИП М., ненадлежащую оценку его доводов о невозможности выполнения работ ООО «М» ввиду отсутствия у общества  специального инструмента и оборудования, иных технических средств.

         В судебном заседании М. и представители органа  финансовых расследований изложенные в кассационных жалобах доводы поддержали.

         Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь, изучив материалы дела, проанализировав доводы кассационной жалобы и проверив в порядке статьи 294 Хозяйственного  процессуального кодекса Республики Беларусь (далее-ХПК)  правильность применения судами  первой и апелляционной  инстанций  норм права, пришла к следующим выводам.

        В соответствии со статьей 297 ХПК основаниями для изменения или отмены судебных постановлений суда, рассматривающего экономические дела, первой и (или) апелляционной инстанций являются их необоснованность, нарушение либо неправильное применение норм материального и (или) процессуального права.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, органом финансовых расследований была проведена внеплановая проверка ООО «М» (далее - общество) по вопросу правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты налогов при реализации работ (товаров, услуг) с использованием реквизитов индивидуальных предпринимателей М. и С. за период с 25.07.2017 по 31.03.2020 с составлением акта проверки от 11.11.2020 и принятием по нему решения №18/3-2-4 от 04.02.2021. В ходе проверки орган финансовых расследований установил факты несвоевременной и неполной уплаты обществом 50 837,52 рублей налогов (налог на добавленную стоимость и налог на прибыль) и 9 747,66 рублей пеней на указанные виды доначисленных налогов.

В ходе проверки было установлено, что ряд работ, выполненных работниками общества, оформлялись как работы, выполненные ИП М. и ИП С. При этом сумма к оплате, указанная в актах приемки  выполненных работ (оказанных услуг), включала стоимость  самих работ, транспортные расходы, а также стоимость запчастей и материалов, используемых при ремонте и обслуживании техники, которая была существенно завышена в сравнении со стоимостью их приобретения самим обществом. В связи с этим проверяющими сделан вывод, что указанный механизм реализации товарно-материальных ценностей и оформления работ с использованием реквизитов ИП М. и ИП С. позволял ООО «М» увеличивать стоимость материалов и запчастей, в то же время применение предпринимателями упрощенной системы налогообложения (с уплатой  налога в сумме 5% от суммы выручки) позволяло обществу минимизировать подлежащие уплате  в бюджет суммы налогов.

В связи с этим орган финансовых расследований пришел к выводу о том, что в бухгалтерском и налоговом  учете ООО «М» в 2017-2019 годах не отражена в полном объеме выручка, полученная от оказания услуг по техническому обслуживанию и ремонту сельскохозяйственной и тракторной техники и их компонентов в размере 160 604,55 рубля, вследствие чего обществом допущена в указанный период неполная оплата в бюджет налогов в размере 50 837,52 рубля.

 Суд первой инстанции с указанным выводом согласился.

   В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции было  подтверждено, что работы, оформленные актами от имени ИП С. и ИП М., датированными после 27.12.2017 согласно приложению 1 к акту проверки, фактически выполнялись работниками ООО «М» с использованием материально-технической базы общества и, как следствие, должны были отражаться в его бухгалтерском учете  в указанном в акте проверки объеме для целей исчисления и уплаты налогов. В то же время  указанным судом было установлено, что Л. и В., выполнявшие работы согласно заявленных актов, были трудоустроены в ООО «М» 09.08.2017 и 27.12.2017 соответственно. При этом, до трудоустройства на ООО «М» они были официально трудоустроены в ООО «Р», директором и участником которого также являлся М.

Вместе с тем органом финансовых расследований отнесены к обороту по реализации товаров, работ (услуг) ООО «М» стоимость работ, транспортные расходы и завышение стоимости материалов по 43 актам, датированным до 27.12.2017, из которых – 7 актов датированы до 09.08.2017 (до даты трудоустройства, как Л., так и В. на ООО «М»); оставшиеся 36 актов – на ООО «М» был трудоустроен только Л.

Как следовало из пояснений В. и Л., а также пояснений самого М.  и контрагентов общества по рассматриваемым актам выполненных работ (оказанных услуг) за период времени с 25.07.2017 по 27.12.2017, значительная часть работ выполнялась единолично В., который был трудоустроен на ООО «М» только 27.12.2017.

Оценив указанные   факты и обстоятельства в их совокупности, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу  об отсутствии объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих, что работы, отраженные, как выполненные ИП М. и ИП С. по актам, содержащимся в приложении 1 к акту проверки за период с 25.07.2017 по 27.12.2017, были выполнены силами ООО «М», что послужило основанием для вывода о незаконности решения УДФР КГК по области от 04.02.2021 №18/3-2-4 в части доначисления ООО «М» к уплате в бюджет 17 202,55 рублей налогов и 4 800,47 рублей пеней.

Выводы суда апелляционной инстанции в этой части следует признать  правильными ввиду следующего.

Как следует из акта проверки от 11.11.2020 (л.д. 46-57, т.1) по её результатам орган финансовых расследований пришел к выводу о том, что сведения, внесенные в акты приемки выполненных  работ (оказанных услуг) от имени ИП М. и ИП С. за весь проверяемый период, не соответствуют фактическим  обстоятельствам совершения обществом хозяйственных операций, а именно им искажены сведения о фактах совершения хозяйственных операций, об объектах налогообложения, подлежащих отражения в бухгалтерском и налоговом учете, налоговых декларациях, и основной цельую совершения указанных хозяйственных операций является неуплата (неполная уплата) налога, в связи с чем в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 33 Налогового кодекса Республики Беларусь (далее - НК)  подлежит корректировке налоговая база и сумма подлежащих уплате налогов  ООО «М» за проверяемый период.

Вместе с тем указанное в абзаце втором пункта 4 статьи 33 НК основание для корректировки налоговой базы плательщика  при искажении сведений о фактах хозяйственной операции применимо в случаях, когда такое искажение допускается самим плательщиком, а не его контрагентами.  

         Установленная пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 19.12.2019 «О применении судами законодательства при рассмотрении экономических и гражданских дел, возникающих из налоговых правоотношений» обязанность суда  проверять  законность  применения  положений пунктов 4 и 5 статьи 33 НК  предполагает  необходимость установления  судом обстоятельств, свидетельствующих о совершении  проверямым субъектом действий, указывающих на недостоверное ведение бухгалтерского учета и направленных на  минимизацию  им своих налоговых обязательств.

          Согласно изложенным в акте проверки ООО «М» выводам о совершении таких действий  свидетельствуют установленные факты  подконтрольности   деятельности   ООО «Р», ООО «М», ИП М., ИП С. одному физическому лицу - М.,  по указанию которого  полученная ООО «М» выручка от  оказания обществом услуг по техническому обслуживанию и ремонту сельскохозяйственной и тракторной техники и их компонентов в бухгалтерском учете общества в проверяемом периоде не отражалась.

  В  то же время  сам факт оказания обществом услуг в период с 25.07.2017 (даты регистрации ЧТУП «М», преобразованного 26.12.2017 в ООО «М»)  по 31.12.2017  в ходе проверки не подтвержден,  о чем свидетельствуют  имеющиеся в материалах сведения об отсутствии у общества в это период  достаточных для оказания услуг  материальных, трудовых ресурсов. Как установлено судом апелляционной инстанции, значительная часть работ выполнялась единолично В., который был трудоустроен на ООО «М» только  27.12.2017, и доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

         Из пояснений М., данных им в суде апелляционной инстанции, следует, что у второго автослесаря Л. отсутствовало водительское удостоверение, в связи с чем самостоятельно осуществлять выездные работы он не мог,  а соответствующий транспорт у общества отсутствовал. При этом до трудоустройства на ООО «М» Л. и В. были официально трудоустроены в ООО «Р», директором и участником которого также являлся М.  Факт трудоустройства Л. в ООО «М» с 09.08.2017 не исключает   возможность  выполнения им работ   как для ООО «Р», так и для ИП М.

         Кроме того, деятельность М. в качестве  индивидуального предпринимателя в ходе проверки органом финансовых расследований не анализировалась, руководителем ООО «М» М. является только с 27.12.2017.

          Совокупность указанных фактов и обстоятельств свидетельствует о  непредставлении  органом финансовых расследований   достаточных доказательств, свидетельствующих о совершении ООО «М»  в период с 25.07.2017 по 31.12.2017 действий, направленных на сокрытие сведений об оказанных им услугах либо ином искажении сведений о совершенных обществом хозяйственных операциях, в связи с чем  основания для корретировки налоговых обязательств общества в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 33 НК в данном случае отсутствовали.

          Доводы органа финансовых расследований о том, что ИП М., ИП С., ООО «М» и ООО «Р» являются взаимозависимыми лицами  вследствие подконтрольности их деятельности одном лицу - М., не являются определяющими для вывода о направленности действий ООО «М» в период с 25.07.2017 по 31.12.2017 на минимизацию налоговых обязательств именно данного общества.

           Судом апелляционной инстанции правомерно отклонены доводы органа финансовых расследований о том,  что ООО «Р» в 2017 году не осуществляло хозяйственную деятельность, в связи с чем работы по рассматриваемым 43 актам за период с 25.07.2017 по 27.12.2017 не могли быть выполнены его силами, так как из пояснений М. и сведений ЕГР усматривается, что решение о ликвидации ООО «Р» было принято собственником 28.12.2017, то есть после трудоустройства В. на ООО «М», до этого момента каких-либо препятствий в осуществлении ООО «Р» финансово-хозяйственной деятельности не имелось, а встречная проверка указанного общества не проводилась.

         Утверждение органа финансовых расследований о фиктивности составленных от имени ИП М. и ИП С. актов выполненных работ в период с 25.07.2017 по 31.12.2017 вследствие  недостоверности  содержащихся в нем сведений  не основано на соответствующих доказательствах, поскольку сам  факт выполнения работ для субъектов хозяйствования  в указанном периоде  в ходе проверки не опровергнут, как и не оспаривается стоимость выполненных работ (в том числе несение транспортных расходов). Имеющиеся в материалах дела пояснения должностных лиц субъектов хозяйствования, для которых оказывались  услуги по ремонту сельскохозяйственной техники в названный период, указывают на ведение переговоров по поводу  объема работ, их стоимости и сроков с М., а не с конкретным субъектом  хозяйствования.

         В этой связи подлежат отклонению доводы жалобы об отсутствии реальности совершения хозяйственных операций по актам выполненых работ в период с 25.07.2017  по 31.12.2017.

         В силу изложенного  содержащиеся в кассационной жалобе  органа финансовых расследований доводы  не основаны на материалах дела и положениях законодательства, вследствие чего жалоба удовлетворению не подлежит.

         Суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы М. ввиду следующего.

         Суды первой и апелляционной инстанций при оценке доводов заявителя о незаконности  оспариваемого решения  УДФР КГК по области  по результатам анализа деятельности ООО «М» в период с 01.01.2018 по 31.12.2019 исходили из  наличия   фактов  искажения должностными лицами ООО «М» в бухгалтерском и налоговом учете общества сведений о совершении  хозяйственных операций, подлежащих отражению плательщиком в бухгалтерском и (или) налоговом учете, налоговых декларациях (расчетах), необходимых для исчисления и уплаты налогов (сборов).

         Как следует из акта проверки, ООО «М» не отражена в полном объеме выручка от оказания услуг по техническому обслуживанию и ремонту сельскохозяйственной и тракторной техники и их компонентов; сведения внесенные в акты приемки выполненных работ (оказанных услуг) от имени ИП М. и ИП С. не соответствуют фактическим обстоятельствам совершения хозяйственных операций, и, как следствие, в соответствии с пунктом 5 статьи 33 НК Республики Беларусь  орган финансовых расследований обоснованно отнес к оборотам ООО «М» стоимость работ, сумму транспортных услуг и размер наценки на материалы и запасные части по актам согласно приложению 1 к акту проверки, датированным после 27.12.2017.

         Выводы судебных инстанций в этой части  подтверждаются имеющимися в материалах дела и собранными в ходе проверки доказательствами:

          пояснениями  работников ООО «М» В., Л., В. и А., согласно которым в период трудовой деятельности на ООО «М» они выполняли ремонт для указанной организации, с иными субъектами хозяйствования договоров подряда не заключали, одновременно у других предпринимателей не работали, работы ими выполнялись на материально-технической базе ООО «М», иногда директор ООО «М» М. в период летней загруженности помогал им в выполнении работ;

 сведениями портала Фонда социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь, в соответствии с которыми у ИП С. и ИП М. в проверяемом периоде отсутствовали наемные работники;

установленными в ходе проверки фактами о том, что всем процессом оказания услуг (поиск заказчиков, заключение и оформление хозяйственных договоров, первичных учетных документов), выбора от имени кого такие услуги будут оказываться занимался М. При этом, единственным участником ООО «М» с 26.12.2017 являлась его супруга М., а с 27.12.2017 директором общества стал М.

Таким образом, работы, оформленные актами от имени ИП С. и ИП М, датированными после 27.12.2017 согласно приложению 1 к акту проверки, фактически выполнялись работниками ООО «М» с использованием материально-технической базы ООО «М» и, как следствие, должны были отражаться в бухгалтерском учете ООО «М» в указанном контролирующим органом объеме для целей исчисления и уплаты налогов, сборов проверяемым обществом.

В этой связи не могут быть приняты во внимание доводы  М. о необходимости  истребования информации сотового оператора ИЧУП «А1» и о вызове в качестве свидетелей инженеров предприятий - клиентов ИП М., поскольку  указанные сведения не могут подтвердить  факт выполнения работ ИП М.  ввиду невозможности  их  соотнесения  с конкретными работами, указанными в актах выполненых работ.

Поскольку деятельность ООО «М»  после 27.12.2017 была полностью подконтрольна М.,  и им же решались вопросы относительно помещения в бухгалтерский учет общества первичных учетных документов, подтверждающих факты совершения хозяйственных операций, при наличии  у общества достаточных трудовых   ресурсов для выполнения работ и их отсутствии у ИП М., осуществлении обществом деятельности по закупке запасных частей и иных материалов, используемых при производстве ремонтных работ,  следует согласиться с выводом органа финансовых  расследований о том, что обществом после 27.12.2017 совершались  действия, направленные на сокрытие выручки от осуществления   своей хозяйственной деятельности, что  является основанием для корректировки  налоговых обязательств ООО «М» в силу положений пунктов 4 и 5 статьи 33 НК.

Доводы М. о невозможности выполнения работ ввиду отсутствия у общества соответствующих технических средств (инструмента, транспорта и др.) и наличии таких средств  у ИП М.  не влияют на правомерность указанного вывода  ввиду  непредставления заявителем доказательств необходимости их  использования, а также неотражения в актах выполненных работ соответствующих сведений.

Иные доводы М. исследовались  судами первой и апелляционной инстанций,  оценивались судебными инстанциями в совокупности с установленными по делу фактами обстоятельствами при правильном применении  норм материального права, вследствие чего отклоняются как необоснованные.

         Вследствие этого кассационная жалоба М. удовлетворению не подлежит.

         В силу  положений статьи 133 ХПК и в связи с отклонением  кассационных жалоб понесенные  заявителями жалоб расходы по уплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

         На основании изложенного, руководствуясь статьями 133, 294, 296, 298 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь, судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда Республики Беларусь,

    ПОСТАНОВИЛА:

           Постановление апелляционной инстанции экономического суда Гомельской области от 14.05.2021 по делу № 152ЭАП215 оставить без изменения, а кассационные  жалобы управления Департамента финансовых расследований Комитета государственного контроля Республики Беларусь по  области и М. – без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в порядке надзора в соответствии со статьями 300-304 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь.

Председательствующий, судья                                                  

Судьи                                                                                        

                                                                                                   

В очередном выпуске

Мониторинг массовой информации