Верховный Суд
Республики Беларусь

Интернет-портал судов общей юрисдикции Республики Беларусь

+375 (17) 308-25-01

+375 (17) 215-06-00

220020, г. Минск, ул. Орловская, 76

Актуально

  28342 1 декабря 2022  713
О назначении судебного разбирательства по уголовному делу по обвинению Сазанович Я.С., Навоши Д.А., Занемонской В.И., Высоцкой О.В., Богдановича Д.А. в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.130, ч.3 ст.203-1 УК Республики Беларусь
21 ноября 2022  1443 14 ноября 2022  824 11 ноября 2022  1165 11 ноября 2022  2063

Решение Верховного Суда Республики Беларусь по делу № 12-01/143-2019

16 ноября 2019  952

                                                                              дело № 12-01/143-2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Республики Беларусь

12 ноября 2019 года Верховный Суд Республики Беларусь в составе        судьи ….,

при секретаре судебного заседания ….,

с участием представителя истца – республиканского унитарного предприятия электросвязи «Б» – М.,

          рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску РУП «Б», Республика Беларусь, к обществу с ограниченной ответственностью «С», Российская Федерация, о взыскании пени и убытков,

У С Т А Н О В И Л:

          истец - РУП «Б», Республика Беларусь, – в заявлении суду и уточнении к нему указал, что 16 сентября 2016 г. между ним и ответчиком - обществом с ограниченной ответственностью «С», Российская Федерация, (далее – ООО «С») - был заключен договор №__, согласно п.2.1 которого ответчик обязался передать истцу АПК (аппаратно-программный комплекс, состоящий из оборудования и встроенного программного обеспечения) для организации системы мониторинга, а также выполнить работы – произвести  интеграцию оборудования (т.е. выполнить комплекс мероприятий по настройке оборудования для использования оборудования в целях, для которых оно поставлено) и произвести инсталляцию программного обеспечения (т.е. выполнить комплекс мероприятий по установке, настройке программного обеспечения для использования его в целях, для которых оно поставлено).

          Работы должны быть выполнены в рамках 80 календарных дней с даты подписания договора – с 31 октября 2016 г., а именно: не позднее 19 января 2017 г.

          В соответствии с письмами ООО «С» от 22, 26, 30 декабря 2016 г., письмами РУП «Б» от 23, 28 декабря 2016 г., 5 января 2017 г. срок выполнения работ по договору был продлен на 5 календарных дней, в связи с чем работы должны быть выполнены не позднее 24 января 2017г.

Акт ввода АПК в эксплуатацию был подписан 14 апреля 2017 г.

Таким образом, просрочка выполнения работ ответчиком составила 80 дней – с 25 января 2017 г. по 14 апреля   2017 г.

Договором (п.8.4) предусмотрено, что в случае несвоевременного выполнения работ ООО «С» уплачивает РУП «Б» пеню в размере 0,1% от стоимости работ за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости работ.

Стоимость работ составляет 23 931,20 доллар США (п.3.1 договора).

Исходя из п. 3.1 и п. 3.2 договора, и, учитывая курс доллара США, установленный Национальным банком Республики Беларусь по состоянию на 24 января 2017 г. (день, когда обязательство по выполнению работ должно было быть исполнено  надлежащим образом),  пеня за несвоевременное выполнение работ по договору составляет 3704,55 белорусских рубля.

Кроме того, 13 июля 2017 г. истец направил в банк платежное поручение №__ на оплату 349255,46 белорусских рублей за АПК, работы и услуги по вышеуказанному договору на расчетный счет ответчика, указанный в договоре.

Об изменении банковских реквизитов ответчик уведомил истца письмом от 18 июля 2017 г.

За внесение изменений в платеж от 13 июля 2017 г. с РУП «Б» обслуживающим банком было списано вознаграждение в сумме 48,80 белорусских рублей.

Поскольку, по мнению истца, указанная сумма является его убытками, она подлежит возмещению ответчиком.

На отправленную ответчику 30 апреля 2019 г. претензию, которая была получена им 20 мая 2019 г., ответ истцом не получен, оплата указанных в претензии сумм не произведена.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу пеню за несвоевременное выполнение работ по договору в размере 3 704,55 белорусских рублей, убытки в размере 48,80 белорусских рублей, понесенные за внесение изменений в платеж от 13 июля 2017 г. вследствие несвоевременного извещения ответчиком об изменении номера его расчетного счета, а также 196,69 белорусских рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В судебном заседании представитель истца поддержала заявленные требования, дав суду объяснения, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении и в возражениях истца на возражение ответчика против иска.

  Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще; своего представителя в судебное заседание не направил, представив суду возражение против иска, в котором указал, что просрочка в подписании акта ввода АПК в эксплуатацию от 14 февраля 2017 г. не повлекла негативных последствий для истца, заявленная им неустойка за нарушение сроков выполненных работ несоразмерна наступившим для него последствиям. Поэтому, по мнению ответчика, неустойка должна быть уменьшена до 1 015 рублей (до ставки рефинансирования Национального банка Республики Беларусь). Однако, исходя из фактических обстоятельств дела и законодательства, ответчик считает, что в удовлетворении требования истца о взыскании неустойки должно быть отказано полностью. По утверждению ответчика, он своевременно выполнил работы и 20 января 2017 г. направил соответствующий акт в адрес РУП «Б», которое в ходе приемо-сдаточных мероприятий выдвинуло замечания, не входящие в технические требования к функционированию АПК.  ООО «С» обеспечило мониторинг каналов в соответствии с требованиями, содержащимися в технических условиях. Несмотря на то, что интеграция АПК не предполагала мониторинга каналов после их шифрования, ООО «С» согласилось без увеличения цены договора добавить в систему такую опцию. При этом РУП «Б» отказалось подписать акт оказания услуг, дожидаясь, когда в АПК будет добавлена новая опция, а затем обратилось в суд с иском о взыскании неустойки. По мнению ответчика, требование истца о взыскании неустойки является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Заслушав объяснения представителя истца, показания свидетеля К., проверив и исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

  В соответствии со ст. 290 ГК Республики Беларусь обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п.1 ст.656 ГК Республики Беларусь по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику в установленный срок, а заказчик обязался принять результат работы и оплатить его (уплатить цену работы). Работа выполняется за риск подрядчика, если иное не предусмотрено законодательством или соглашением сторон.

Согласно п.1 ст. 311 ГК Республики Беларусь неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законодательством или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору, если иное не предусмотрено законодательными актами, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

 В соответствии с п.1 и п.2 ст. 314 ГК Республики Беларусь если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

При решении вопроса об уменьшении неустойки судом могут быть учтены действия сторон, направленные на добровольное досудебное урегулирование спора.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что 16 сентября   2016 г. между ответчиком (поставщиком) – ООО «С» - и истцом (покупателем) – РУП «Б» был заключен договор  №__.

 В соответствии с п.2.1 договора ответчик обязался передать истцу АПК (аппаратно-программный комплекс, состоящий из оборудования и встроенного программного обеспечения) для организации системы мониторинга, а также выполнить работы – произвести  интеграцию оборудования (т.е. выполнить комплекс мероприятий по настройке оборудования для использования оборудования в целях, для которых оно поставлено) и произвести инсталляцию программного обеспечения            (т.е. выполнить комплекс мероприятий по установке, настройке программного обеспечения для использования его в целях, для которых оно поставлено), а также осуществлять гарантийную поддержку, а ответчик обязуется принять и оплатить истцу поставленный АПК и выполненные работы  в  соответствии  со спецификацией, указанной в Приложении 1, и техническими требованиями, указанными в Приложении 2.

Договором (п.4.6) также предусмотрено, что истец в течение 3 рабочих дней со дня получения акта ввода АПК в эксплуатацию обязан подписать его и 1 экземпляр подписанного и скрепленного печатью акта ввода АПК в эксплуатацию направить ответчику или представить в письменном виде мотивированный отказ с перечнем недостатков в течение 3 рабочих дней с момента получения акта ввода АПК в эксплуатацию. Отказ не является мотивированным при наличии в нем требований, не предусмотренных настоящим договором. По истечении указанного срока, при отсутствии мотивированного отказа, работы считаются выполненными с надлежащим качеством и подлежат оплате, а акт ввода АПК, подписанный только ответчиком, будет иметь обязательную силу для обеих сторон.

          Подписание сторонами акта ввода АПК в эксплуатацию свидетельствует о надлежащем выполнении поставщиком обязательств по выполнению работ (п.4.7 договора).

Судом установлено, что 20 января 2017 г. в соответствии с разработанной программой и методикой испытаний системы мониторинга качества воспроизведения по проекту Z., утвержденной сторонами 30 декабря 2016 г., были проведены приемо-сдаточные испытания, в процессе которых были выявлены следующие замечания:

Серверы мониторинга не подключены к телевизорам.

Не осуществляется мониторинг каналов при включенном шифровании.

23 января 2017 г. ответчик по итогам приемо-сдаточных испытаний (ПСИ), проведенных 20 января 2017 г. в рамках договора №__ от 16 сентября 2016 г., направил истцу письмо о подписании акта оказания услуг по данному договору, а также сообщил «о статусе» замечаний, выявленных в процессе испытаний:

«Замечание № 1. В данный момент мониторинг в полном объеме может осуществляться с рабочего места дежурного администратора группы IPTV РУП «Б». В соответствии с п.2 Приложения № 2 (Технические требования к функционированию АПК) требование к организации мониторинга на видеомониторах не является обязательным, однако ООО «С», со своей стороны, обязуется обеспечить подключение мониторов, предоставленных РУП «Б», до 26 января 2017 г.

Замечание № 2. Данное требование к мониторингу отсутствует в Приложении № 2 (Технические требования к функционированию АПК). Также обращаем внимание на то, что в данный момент администраторы группы IPTV РУП «Б» могут осуществлять мониторинг сервиса, доступного абонентам, в полном объеме. Однако ООО «С» рассматривает возможность выполнения данного требования. Для оценки вариантов и сроков доработки системы ООО «С» необходимо 7 календарных дней, в течение которых мы проведем консультации с вендорами ПО, и по итогам совещания предоставим в адрес РУП «Б» план по выполнению требования».

Ссылаясь на вышеизложенное, ООО «С» просило РУП «Б» подписать переданный 20 января 2016 г. ответственным сотрудникам РУП «Б» акт оказания услуг по договору №__ от 16 сентября 2016 г.

          23 января 2017 г. истец направил в адрес ответчика письмо об отказе от подписания указанного акта, указав о наличии замечаний, выявленных на приемо-сдаточных испытаниях АПК мониторинга платформы S., а именно:

Нет подключения серверов АПК к контрольным мониторам.

Система обеспечивает мониторинг не всех транслируемых каналов (нет контроля ошибок шифрованных каналов).

Данные замечания, как указал истец, зафиксированы двумя сторонами в программе и методике испытаний системы мониторинга качества воспроизведения. Со своей стороны РУП «Б» заявило о готовности подписания акта ввода АПК в эксплуатацию после устранения всех замечаний.

В ответе от 25 января 2017 г. на указанное письмо ответчик сообщил, что подключение серверов АПК мониторинга к контрольным мониторам обеспечено. Кроме того, указал, что в письме от 23 января 2017 г. им был описан статус по вопросу обеспечения контроля каналов, а также повторно указал, что данное требование отсутствует в Приложении № 2 к договору №__от 16 сентября 2016 г. В связи с вышеизложенным просил подписать акт оказания услуг.

30 января 2017 г. истец направил в адрес ответчика письмо «О замечаниях по результатам ПСИ мониторинга  Z.» и, ссылаясь на п.2.1 договора, а также Приложение № 2, в котором присутствует требование обеспечения визуального контроля за каналами (п.4), указал, что в настоящее время данное требование не обеспечено для всех транслируемых каналов.

Кроме того, истец обратил внимание ответчика на то, что согласно договору на поставку платформы Z.t №__ от 10 июня 2014 г. наличие системы защиты контента (шифрования) V., являлось одним из обязательных условий (Приложение 5, п.п.50, 53). Таким образом, АПК должен осуществлять мониторинг всех транслируемых каналов платформы Z.

В письмах от 6 февраля и 28 февраля 2017 г., направленных ответчику, истец указывал о неполучении информации о доработке системы мониторинга в соответствии с требованиями договора, которая должна была быть предоставлена ответчиком по истечении 7 календарных дней, т.е. до 30 января 2017 г.

В ответе от 28 февраля 2017 г. ответчик повторно ссылался на отсутствие в договоре №__ от 16 сентября 2016 г. и в документе «Программа и методика испытаний» требования о поддержке каналов данного типа. В связи с этим считал требование истца по обязательной поддержке данных каналов «ничтожным». Однако, принимая во внимание давние партнерские соглашения между РУП «Б» и ООО «С», сообщил о договоренности с вендором системы Мониторинга о реализации данного функционала. Планируемый срок реализации – апрель 2017 г. Также в указанном ответе ответчик настоятельно просил истца о подписании акта оказания услуг по вышеназванному договору.

Из ответа истца от 1 марта 2017 г. усматривается,  что он, ссылаясь на п. 2.1. договора и технические требования (п.4 Приложения № 2 к договору), повторно указал, что требование обеспечения визуального контроля за каналами реализовано не для всех транслируемых каналов, невозможен визуальный мониторинг каналов.

          Наличие шифрования V. для транслируемых каналов не является нововведением и было обязательным условием договора №__ от 10 июня 2014 г. на поставку платформы S. Перечисленные каналы транслировались как на момент заключения договора на поставку АПК мониторинга, так и на момент проведения приемо-сдаточных испытаний, «по причине чего и были выявлены проблемы функционирования системы мониторинга».

В письме от 11 апреля 2017 г. истец проинформировал ответчика о том, что до настоящего момента не реализован мониторинг всех каналов платформы S. В частности, не реализован мониторинг вещаемых шифрованных каналов. Также специалистами были выявлены проблемы с отображением шкалы звука на части каналов.

14 апреля 2017 г. ответчик в своем письме сообщил, что система мониторинга проекта Z. поддерживает мониторинг шифрованных каналов, и просил о подписании акта оказания услуг по договору №__ от 16 сентября 2016 г.

В этот же день – 14 апреля 2017 г.   сторонами был подписан акт ввода АПК в эксплуатацию.

Из указанного акта следует, что все предусмотренные договором приемочные испытания Системы завершены.

Все оборудование и программное обеспечение, поставленное по договору, включенное в состав Системы, функционирует в соответствии с техническими требованиями.

Кроме того, в акте указан состав АПК и содержание выполненных работ по инсталляции и интеграции, согласно Приложению № 1.

Стоимость АПК и вышеназванных работ составляет 149 570 долларов США.

14 апреля 2017 г. сторонами также был подписан акт приемки-передачи прав, согласно которому ООО «С» передало РУП «Б» неисключительное право на использование программного обеспечения по договору №__ от 16 сентября 2016 г. без ограничения территории для РУП «Б» и его клиентов.

Допрошенный в судебном заседании свидетель К. суду показал, что он, являясь инженером-системотехником управления информационных технологий РУП «Б», курировал выполнение работ по договору №__ от 16 сентября 2016 г. и участвовал в проведении приемо-сдаточных испытаний. В ходе испытаний было установлено, что ООО «С» не были выполнены работы в полном объеме: серверы мониторинга не были подключены к телевизорам, АПК не осуществлял мониторинг каналов при включенном шифровании. Все письма, направленные в адрес ООО «С», касающиеся исполнения договора  №__ от 16 сентября 2016 г., в том числе об отказе РУП «Б» от подписания акта ввода в эксплуатацию АПК мониторинга, о замечаниях по результатам приемо-сдаточных испытаний системы мониторинга  Z., готовились им, как лицом, курировавшим исполнение указанного договора, со ссылкой на условия договора и Приложение № 2 к нему  (Технические требования к функционированию АПК), а также договор №__ от 10 июня 2014 г. на поставку платформы S., обязательным условием которого являлось наличие шифрования V. для транслируемых каналов.  Согласно Программе и методике испытаний системы мониторинга качества воспроизведения по проекту Z., при проведении испытаний необходимо было убедиться, что система мониторинга осуществляет контроль ТВ-сигналов в Приложении Z.  Это указание подтверждает тот факт, что мониторинг должен осуществлять контроль всех каналов на выходе из платформы, а не «до их шифрования».

Оценивая представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком на момент направления истцу акта об оказании услуг (20 января 2017 г.) не в полном объеме были выполнены работы, предусмотренные договором.

Доводы ответчика о том, что он обеспечил мониторинг каналов в соответствии с требованиями, содержащимися в технических условиях, а выдвинутые истцом в ходе приемо-сдаточных мероприятий замечания не входили в технические требования к функционированию АПК, суд считает несостоятельными, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля К., техническими требованиями к функционированию АПК   (Приложение № 2 к договору), актом ввода АПК в эксплуатацию от 14 апреля 2017 г., вышеуказанной перепиской сторон.

Судом также установлено, что договором была предусмотрена ответственность поставщика (ООО «С») за несвоевременное выполнение работ.

Согласно п.4.5 договора поставщик обязался выполнить работы в течение 80 календарных дней с даты подписания договора.

В соответствии с п.п. 4.5.3 договора в случае наличия запретов на проведение работ со стороны РУП «Б» срок выполнения работ может быть продлен на время действия запретов.

Из переписки сторон: писем ООО «С» от 22, 26, 30 декабря 2016 г., писем РУП «Б» от 23, 28 декабря 2016 г., 5 января 2017 г. следует, что сторонами согласовывался срок проведения работ, предусмотренных договором, и  указанный срок был продлен на 5 календарных дней.

Учитывая вышеуказанные условия договора и наличие согласия сторон на продление срока выполнения работ, суд считает, что работы, предусмотренные договором, ответчик обязан был выполнить в срок до 24 января 2017 г.

 Согласно п.8.4 договора, в случае несвоевременного выполнения работ поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 0,1% от стоимости работ за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости работ.

Стоимость работ составляет 23931,20 доллар США (п.3.1 договора).

В соответствии с п.3.2 договора оплата за выполненные работы производится в белорусских рублях по курсу Национального банка Республики Беларусь на момент оплаты.

В связи с тем, что ответчик обязан был выполнить работы в срок до 24 января 2017 г., а акт ввода АПК в эксплуатацию был подписан сторонами 14 апреля 2017 г., просрочка выполнения работ составила 80 дней – с 25 января 2017 г. по 14 апреля 2017 г.

С учетом вышеизложенного пеня за указанный период просрочки составит 3 704,55 белорусских рубля (23 931,20 доллар США х 1,9350 руб. (курс доллара) х 0,1% х 80 дней).

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика пени за несвоевременное выполнение работ по договору №__ от 16 сентября 2016 г. является законным и обоснованным.

В возражении против иска ответчик, не соглашаясь с требованием истца о взыскании неустойки, вместе с тем, просил об ее уменьшении, ссылаясь на ст. 314 ГК Республики Беларусь, и применении ставки рефинансирования Национального банка Республики Беларусь при ее исчислении.

У суда отсутствуют основания для применения ставки рефинансирования Национального банка Республики Беларусь при исчислении размера пени, поскольку стороны в договоре предусмотрели иной порядок ее расчета.

При решении вопроса о размере неустойки (пени), подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд, с учетом установленных по делу обстоятельств, связанных с исполнением договора, непродолжительного периода просрочки, отсутствия неблагоприятных последствий для истца вследствие нарушения ответчиком срока выполнения работ, полагает, что заявленная ко взысканию пеня является несоразмерной последствиям нарушения обязательства, а поэтому считает возможным удовлетворить ходатайство ответчика и на основании ч.1 ст.314 ГК Республики Беларусь уменьшить размер пени, взыскав ее с ответчика в пользу истца в размере 2 000 белорусских рублей, отказав в удовлетворении данного требования в остальной части.

 В ходе судебного разбирательства судом также установлено, что в соответствии с договором (п.3.2) покупатель (истец) производит оплату  на расчетный счет поставщика (ответчика).

13 июля 2017 г. истец, через банк-отправитель,  направил в банк-получатель платежное поручение №__ на оплату 349255,46 белорусских рублей; назначение платежа: за АПК (248513,55 бел.руб.), работы по инсталляции (47335,91 бел.руб.), услуги по доработке (53406 бел.руб.) по договору №__ от 16.09.16,  по акту от 14.07.17, акту 157 от 09.12.16 (176570 дол.США) без НДС, указав в платежном поручении вышеназванный расчетный счет ответчика.

О том, что  банковские реквизиты (расчетный счет) были изменены, ответчик уведомил истца письмом от 18 июля 2017 г.,  в котором просил его для осуществления платежей по договору №__от 16 сентября 2016 г. использовать расчетный счет №… в ОАО «П» г. М.

Судом также установлено, что за внесение изменений в платеж от 13.07.2017 на сумму 349 255,46 белорусских рублей, банк  списал с истца вознаграждение в размере 48,80 белорусских рублей.

Указанное обстоятельство подтверждается платежным ордером № __ от 19 июля 2017 г.

Согласно п.1 и п.2 ст.14 ГК Республики Беларусь лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законодательством или соответствующим законодательству договором не предусмотрено иное.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из вышеизложенного, суд считает, что заявленное истцом требование о взыскании с ответчика убытков в размере 48,80 белорусских рублей также является обоснованным и подлежит удовлетворению.

В связи с удовлетворением требований истца о взыскании с ответчика пени в размере 2 000 белорусских рублей и убытков в размере 48,80 белорусских рублей, всего с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 2 048,80 белорусских рублей.

Согласно ст. 135 ГПК Республики Беларусь стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает за счет другой стороны возмещение всех понесенных ею судебных расходов по делу, хотя бы эта сторона и была освобождена от уплаты их в доход государства. Если иск удовлетворен частично, то указанные в настоящей статье суммы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Платежным поручением №__ от 26 июля 2019 года истцом при подаче искового заявления была уплачена государственная пошлина в размере 196,69 белорусских рублей.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований РУП «Б» с ответчика в пользу истца следует взыскать в возврат уплаченной государственной пошлины 102,44 белорусских рубля (2 048,80 х 5%), отказав в остальной части требования.

Руководствуясь ст.ст. 302-306 ГПК Республики Беларусь, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «С», Российская Федерация, в пользу республиканского унитарного предприятия «Б», Республика Беларусь, пеню в размере 2 000 белорусских рублей, убытки в размере 48,80 белорусских рублей и в возврат государственной пошлины – 102,44 белорусских рубля, а всего – 2 151 (две тысячи сто пятьдесят один) белорусский рубль 24 копейки, отказав в остальной части требований.

Решение вступает в законную силу немедленно после его оглашения, обжалованию и опротестованию в апелляционном порядке не подлежит.

Судья                                                                            

 


 

В очередном выпуске

Мониторинг массовой информации